Комплексное уродинамическое исследование у пациентов с недержанием мочи после оперативного лечения локализованного рака предстательной железы

DOI: https://dx.doi.org/10.18565/urology.2018.6.14-18

31.12.2018
17

МБУЗ КДЦ «Здоровье», Ростов-на-Дону, Россия
Введение. Оперативное лечение рака предстательной железы (РПЖ) часто ассоциировано с развитием недержания мочи (НМ), которое может быть обусловлено как недостаточностью сфинктера уретры, так и дисфункцией мочевого пузыря. На сегодняшний день отсутствуют сравнительные исследования генеза НМ у пациентов как после органосохраняющего лечения РПЖ, так и после радикальной простатэктомии (РПЭ). Данный факт послужил основанием к проведению сравнительной оценки уродинамических изменений у пациентов данной категории. Материалы и методы. Нами проведено ретроспективное исследование 158 пациентов, распределенных по группам в зависимости от метода лечения: группа I (n=32) – HIFU, группа II (n=46) – позадилонная РПЭ, группа III (n=80) – робот-ассистированная РПЭ. Средний возраст по группам составил 71,8±3,68; 69,5±4,63 и 65,8±3,4 года соответственно (p<0,01), средний балл ICIQ-SF – 14, медиана наблюдения – 2,7 года. Всем пациентам выполнено комплексное уродинамическое исследование в соответствии со стандартами ICS. Результаты. Детрузорная гиперактивность (ДГ) выявлена у 22 (68,7%), 24 (52,1%) и 64 (80%) пациентов групп I, II и III соответственно (p<0,001). При этом у 14% (18, 12 и 12% в соответствующих группам, p<0,05) пациентов с ДГ проба на порог абдоминального давления была отрицательной. Снижение эластичности детрузора выявлено у 75,9% обследованных, у 8,8% оно имело анатомический характер (12,5, 8,6 и 7,5% по группам соответственно, p<0,01). Средние показатели максимального детрузорного давления были снижены у всех пациентов. Инфравезикальная обструкция выявлена в 46,6, 21,7 и 12,5% наблюдений (p<0,001). Достоверной разницы в уровне максимального уретрального давления по группам не отмечено, однако она была достоверной у пациентов с отрицательной пробой на порог абдоминального давления и ДГ (p<0,05; k=0,87). Заключение. Выявленная нами высокая частота послеоперационной дисфункции мочевого пузыря у пациентов исследуемых групп отличается от существующих литературных данных, что диктует необходимость детальной оценки дисфункции мочевого пузыря при выборе тактики лечения НМ. В связи с вышесказанным считаем необходимым проведение дальнейших исследований с обязательной пред- и послеоперационной уродинамической оценкой состояния нижних мочевыводящих путей у пациентов после оперативного лечения РПЖ без НМ.

Введение. Рак предстательной железы (РПЖ) является наиболее распространенным злокачественным заболеванием у мужчин как в Европе, так и в США [1]. Основным методом лечения пациентов с локализованным РПЖ и ожидаемой продолжительностью жизни более 10 лет является радикальная простатэктомия (РПЭ) [2].

Радикальное лечение часто ассоциировано с существенными и длительными осложнениями, среди которых наиболее значимые недержание мочи (НМ) и эректильная дисфункция, оказывающие негативное влияние на качество жизни пациентов и удовлетворенность оперативным лечением [3, 4]. При этом H.V. Holm et al. [5] показали, что НМ после простатэктомии в отличие от эректильной дисфункции не только ухудшает качество жизни, но и тесно связано со значительным снижением работоспособности и депрессией. Несмотря на достижения в области тазовой анатомии и хирургической техники [6], общая частота НМ после РПЭ продолжает расти вследствие увеличения числа выполняемых операций [2]. В систематическом обзоре F. Ferronha et al. [7] не было выявлено существенных различий в частоте и степени послеоперационного НМ между пациентами после робот-ассистированной РПЭ (РАРП), лапароскопической РПЭ и позадилонной РПЭ (ПРПЭ) [7].

По данным различных авторов, этиология НМ после РПЭ может быть обусловлена не только послеоперационной недостаточностью сфинктера уретры, но и дисфункцией мочевого пузыря, возникшей de novo и существовавшей до операции [8–10].

На сегодняшний день наряду с радикальным оперативным лечением широко используются аблативные методы лечения локализованного РПЖ, которые при правильном отборе пациентов имеют сопоставимые онкологические и лучшие функциональные результаты [11]. В линейке аблативных методов лечения на сегодня доступны высокоинтенсивный фокусированный ультразвук (HIFU), криоаблация, фотодинамическая и брахитерапия [12]. Однако данные долгосрочных сравнительных исследований, доказательно демонстрирующие, что аблативные методы лечения имеют эквивалентные или превосходящие онкологические и функциональные результаты по сравнению с РПЭ, в современной научной литературе отсутствуют.

В клинико-диагностическом центре «Здоровье» г. Ростова-на-Дону для лечения РПЖ с учетом оценки онкологического и соматического статуса пациента применяются современные органосохраняющие (HIFU, криоаблация) и органоуносящие (робот-ассистированная, позадилонная и промежностная простатэктомии) методы оперативного лечения.

В настоящем исследовании нами проведена сравнительная оценка изменений уродинамических показателей пациентов после HIFU, РАРП и ПРПЭ.

Материалы и методы. Нами проведен ретроспективный анализ данных комплексных уродинамических исследований (КУДИ), выполненных с марта по декабрь 2017 г. пациентам после оперативного лечения локализованного РПЖ, предъявлявшим жалобы на НМ. Комплексное уродинамическое исследование выполнялось, если через 6 мес. и более после оперативного вмешательства у пациента сохранялось НМ. Недержание мочи определялось нами как необходимость использования пациентом уропрезервативов, подгузников или прокладок в количестве 1 и более в сутки.

Исходно в исследовании приняли участие 190 пациентов. Критерии включения пациентов: НМ после оперативного лечения РПЖ, отсутствие в анамнезе нейрогенной дисфунции нижних мочевых путей, оперативного лечения гиперплазии предстательной железы и рецидива РПЖ.

В дальнейшем 32 человека были исключены из анализа в связи с отказом от участия в исследовании, наличием сужения уретры, не позволившего установить уродинамический катетер. В итоге были учтены 158 пациентов, распределенных по группам в зависимости от метода лечения: группа I – 32 пациента, получивших лечение с помощью HIFU; группа II – 46 пациентов после ПРПЭ; группа III – 80 пациентов, перенесших РАРП.

Средний возраст пациентов в группе I составил 71,8±3,68 года, в группе II – 69,5±4,63, в группе III – 65,8±3,4 года соответственно (p

Об...

Список литературы

1. Siegel R.L., Miller K.D., Jemal A. Cancer statistics, 2016. CA Cancer J Clin. 2016;66:7–30.

2. Mottet N., Bellmunt J., Bolla M., et al. EAU-ESTRO-SIOG guidelines on prostate cancer. Part 1: Screening, diagnosis, and local treatment with curative intent. Eur Urol 2017;71: 618–629.

3. Resnick M.J., Koyama T., Fan K.-H., et al. Long-term functional outcomes after treatment for localized prostate cancer. N Engl J Med 2013;368:436–445.

4. Ficarra V., Novara G., Rosen R.C., et al. Systematic review and meta-analysis of studies reporting urinary continence recovery after robot-assisted radical prostatectomy. Eur Urol 2012;62:405–417.

5. Holm H.V., Fossa S.D., Hedlund H., Dahl A.A. Study of generic quality of life in patients operated on for post-prostatectomy incontinence. Int J Urol. 2013;20(9):889–895.

6. Pushkar D.Yu., Dyakov V.V., Vasiliev A.O., Kotenko D.V. Comparison of functional results after radical retropubic and robot-assisted prostatectomy performed by nerve-sparing technique by surgeons with more than 1000 operations. Urologiia. 2017;1:50–53. Russian (Пушкарь Д.Ю.,Дьяков В.В., Васильев А.О., Котенко Д.В. Сравнение функциональных результатов после радикальной позадилонной и робот-ассистированной простатэктомий, выполненных по нервосберегающей методике хирургами с опытом более 1000 операций. Урология. 2017;1:50–53).

7. Ferronha F., Barros F., Santos V.V., et al. Is there any evidence of superiority between retropubic, laparoscopic or robot-assisted radical prostatectomy? Int Braz J Urol. 2001;37:146.

8. Ficazzola M.A., Nitti V.W. The etiology of post-radical prostatectomy incontinence and correlation of symptoms with urodynamic findings. J Urol. 1998;160:1317–1320.

9. Kleinhans B., Gerharz E., Melekos M., et al. Changes of urodynamic findings after radical retropubic prostatectomy. Eur Urol. 1999;35:217–221.

10. Bauer R.M., Gozzi C., Hübner W., Nitti V.W., Novara G., Peterson A., et al. Contemporary management of postprostatectomy incontinence. Eur Urol. 2011;59:985–996.

11. Valerio M., Ahmed H.U., Emberton M., et al. The role of focal therapy in the management of localized prostate cancer: a systematic review. Eur Urol. 2014;4:732–751.

12. Cordeiro E., Cathelineau X., Thüroff, et al. High-intensity focused ultrasound (HIFU) for definitive treatment of prostate cancer. BJU Int. 2012;110:1228–1242.

13. Abrams P., Cardozo L., Fall M, Griffiths D., Rosier P., Ulmsten U., et al. The standardisation of terminology of lower urinary tract function: report from the Standardisation Sub-committee of the International Continence Society. Neurourol Urodyn. 2002;21:167–178.

14. Lee H., Kim R.B., Lee S.W. et al. Urodynamic assessment of bladder and urethral function among men with lower urinary tract symptoms after radical prostatectomy: A comparison between men with and without incontinence. Korean J Urol. 2015;56:803–810.

15. Aboyan V.E., Aboyan I.A., Slyusarev S.L. Changes in urodynamics in patients with urinary incontinence developed after performing radical prostatectomy. Materials of the XVI Congress of the ROU. 2016. Р. 309. Russian (Абоян В.Э., Абоян И.А., Слюсарев С.Л. и соавт. Изменения уродинамики у пациентов с недержанием мочи, развившемся после выполнения радикальной простатэктомии. Материалы XVI Конгресса РОУ. 2016. С. 309).

16. Giannantoni A., Mearini E., Zucchi A., Costantini E., Mearini L., Bini V.,et al. Bladder and urethral sphincter function after radical retropubic prostatectomy: a prospective long-term study. Eur Urol. 2008;54:657–664.

17. Kleinhans B., Gerharz E., Melekos M., Weingärtner K., Kalble T., Riedmiller H. Changes of urodynamic findings after radical retropubic prostatectomy. Eur Urol. 1999;35:217–221.

18. Abrams P. Bladder outlet obstruction index, bladder contractility index and bladder voiding efficiency: three simple indices to define bladder voiding function. BJU Int. 1999;84:14–15.

19. Cameron A.P., Suskind A.M., Neer C., Hussain H., Montgomery J., Latini J.M.,et al. Functional and anatomical differences between continent and incontinent men post radical prostatectomy on urodynamics and 3T MRI: a pilot study. Neurourol Urodyn. 2015;34:527–532.

20. Crouzet S., Blana A., Murat F.J. et al. Salvage high-intensity focused ultrasound (HIFU) for locally recurrent prostate cancer after failed radiation therapy: Multi-institutional analysis of 418 patients. BJU Int. 2017;119(6):896–904.

Об авторах / Для корреспонденции

А в т о р д л я с в я з и: Ю. Н. Орлов – врач-уролог, МБУЗ КДЦ «Здоровье», Ростов-на-Дону, Россия;
e-mail: orlovurolog@gmail.com

Полный текст публикаций доступен только подписчикам

Нет комментариев

Комментариев: 0

Вы не можете оставлять комментарии
Пожалуйста, авторизуйтесь

Статьи по теме

Все издания

Смотрите также