Оценка эффективности прогестагенов при наружном генитальном эндометриозе: клинические исходы и динамика изменения очагов по данным магнитно-резонансной томографии

Цель. Оценка эффективности диеногеста и дидрогестерона у пациенток с наружным генитальным эндометриозом (НГЭ) на клиническое течение, показатели качества жизни, а также динамику размеров и сигнальных МР-характеристик очагов эндометриоза.
Материалы и методы. Включены 89 пациенток с диагностированным НГЭ по данным МРТ (эндометриоидные кисты яичников (ЭКЯ) и/или ретроцервикальные очаги (РЦ)). Группа 1 (n=45) получала дидрогестерон 20–30 мг/сут в пролонгированном циклическом режиме, группа 2 (n=44) – диеногест 2 мг/сут. Период наблюдения – 6 месяцев. МРТ органов малого таза выполнялось в стандартных режимах с количественной оценкой объема очагов, интенсивности сигнала на Т2-ВИ и измеряемого коэффициента диффузии (ИКД). Дополнительно оценивали интенсивность боли, качество жизни (SF-20) и психоэмоциональный статус (HADS) до и на фоне 6 месяцев терапии.
Результаты. Оба препарата обеспечили снижение болевого синдрома по ВАШ (p<0,001) и улучшение социального функционирования по SF-20. По данным МРТ на фоне приема диеногеста отмечался регресс объема ЭКЯ на 38,2% (p<0,001) и РЦ очагов на 34,7% (p<0,001); дидрогестерон уменьшал объем эндометриоидных кист яичников в среднем на 27,2% (p=0,016), тогда как динамика объема РЦ очагов не достигла статистической значимости (p=0,08). На фоне обоих препаратов отмечалось снижение интенсивности сигнала на Т2-ВИ и повышение однородности структуры очагов, что отражает уменьшение активности воспалительного и геморрагического компонентов. При оценке психоэмоционального статуса в группе 1 отмечено значимое снижение баллов по шкале HADS-A (p<0,001) при стабильных показателях HADS-D; в группе 2 наблюдалось нарастание баллов по шкале HADS-D (с 5,9 (4,0 до 9,1 (3,8; p<0,001).
Заключение. МРТ органов малого таза является информативным инструментом не только первичной диагностики, но и мониторинга эффективности гормональной терапии эндометриоза. Оба препарата обеспечивают статистически значимое снижение выраженности болевого синдрома, при этом разнонаправленное их влияние на объем очагов по данным МРТ и психоэмоциональный статус может учитываться при персонифицированном выборе терапии.

Вклад авторов. Алиева П.М., Думановская М.Р., Солопова А.Е. – разработка концепции и дизайна, сбор и обработка полученных данных, написание и редактирование текста статьи; Сметник А.А., Павлович С.В. – редактирование текста статьи, утверждение финального текста статьи.
Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии возможных конфликтов интересов.
Финансирование. Исследование выполнено без финансовой поддержки.
Одобрение Этического комитета. Исследование одобрено локальным Этическим комитетом ФГБУ «НМИЦ АГП
им. академика В.И. Кулакова» Минздрава России (протокол № 10 от 20 октября 2022 г.).
Генеративный искусственный интеллект. При подготовке статьи технологии генеративного искусственного интеллекта не использовали.
Согласие пациентов на публикацию. Пациенты подписали информированное согласие на публикацию своих данных и изображений.
Обмен исследовательскими данными. Данные, подтверждающие выводы этого исследования, доступны по запросу у автора, ответственного за переписку, после одобрения ведущим исследователем.
Для цитирования: Алиева П.М., Думановская М.Р., Солопова А.Е., Сметник А.А., Павлович С.В. Оценка эффективности прогестагенов при наружном генитальном эндометриозе: клинические исходы и динамика изменения очагов по данным магнитно-резонансной томографии.
Акушерство и гинекология. 2026; 8: 143-153
https://dx.doi.org/10.18565/aig.2026.204

Эндометриоз – хроническое воспалительное забо­левание, которое поражает около 10–15% женщин репродуктивного возраста и проявляется преимущест­­венно болевым синдромом: дисменореей, диспа­­­­реунией и хронической тазовой болью [2]. Персистирующий болевой синдром сам по себе является одним из значимых предикторов возникновения повышенной тревожности и расстройств адаптивных реакций, которые впоследствии могут привести к развитию депрессии у женщин, что может быть причиной нарушения социального и сексуального функционирования [3].

Золотым стандартом диагностики эндометриоза остается лапароскопия, однако современные рекомендации отводят ведущую роль неинвазивным ме­тодам – ультразвуковому исследованию (УЗИ) и магнитно-резонансной томографии (МРТ), обладающим высокой чувствительностью и специфичностью для наружного генитального эндометриоза (НГЭ) [6–8]. Преимущества использования МРТ заключаются не только в своевременной и точной диагностике, но и в возможности динамической оценки объема очагов на фоне терапии [9].

В клинических рекомендациях к препаратам первой линии терапии относят прогестагены, включая диеногест и дидрогестерон [6]. В исследованиях продемонстрировано преимущественно локальное действие диеногеста на эндометриоидные очаги с минимальной системной активностью, а также его значимое влияние на уменьшение объема эндометриоидных очагов, в частности эндометриоидных кист яичников (ЭКЯ) [10–12]. В систематическом обзоре Wu Н. et al. (2024) с включением 256 пациенток с различными формами ГЭ было продемонстрировано, что терапия диеногестом приводила к достоверному снижению выраженности болевого синдрома, а также статистически значимому уменьшению размеров очагов глубокого эндометриоза (ГЭ) (p<0,00001) [13]. Большинство исследований скорее указывают на стабилизацию размеров и активности ГЭ на фоне терапии диеногестом и, соответственно, предотвращение его прогрессирования [13, 14].

Другим сопоставимым по клиническому эффекту гестагеном является дидрогестерон, который является максимально приближенным по химической структуре к эндогенному прогестерону [15–17]. В 2023 г. разработаны алгоритмы ведения пациенток с эндометриозом, где четко расписаны схемы терапии дидрогестероном при различных клинических ситуациях и отмечается его преимущество у пациенток при наличии репродуктивных планов [16]. В исследовании 2025 г. было продемонстрировано, что прием дидрогестерона в дозе 10 мг/сутки снижает интенсивность дисменореи на 75% уже на 3-й цикл терапии. Кроме этого в исследовании отмечалось уменьшение объема ЭКЯ у 85% пациенток [18].

Несмотря на клинически подтвержденную эффективность гормональной терапии, остаются не­­достаточно изученными критерии объективной оценки ее результатов по данным МРТ. Помимо оценки размеров образований, все больше внимания уделяется современным функциональным МР-характеристикам: диффузионным и перфузионным параметрам, а также интенсивности сигнала (ИС) на T2-взвешенных изображениях (Т2-ВИ) в качестве дополнительных маркеров активности очагов. ИС коррелирует с гистологической структурой патологического очага в зависимости от соотношения железистого и стромального компонентов, выраженности фиброза и перифокальной воспалительной реакции [19]. Терапевтическое воздействие на очаги эндометриоза может приводить к ремоделированию различных компонентов эктопического эндометрия: стромальный компонент может становиться отечным, подвергаться децидуаподобной реакции, а также дополнительному фиброзированию и склерозированию [20]. Эпителиальный компонент может претерпевать секреторноподобные изменения, а также подвергаться атрофии без признаков функциональной активности. Таким образом, ИС от эндометриоидных очагов будет зависеть как от строения конкретного очага (преобладание железистого или стромального компонентов, пролиферативной активности, а также выраженности фиброзного компонента и продуктивного воспаления), так и от терапевтического воздействия на очаг и продолжительности лечения.

Целью настоящего исследования явилась оценка эффективности диеногеста и дидрогестерона у пациенток с наружным генитальным эндометриозом на клиническое течение, показатели качества жизни, а также динамику размеров и сигнальных МР-характеристик очагов эндометриоза.

Материалы и методы

Дизайн исследования – проспективное открытое исследование в параллельных группах. Ослепление не проводилось ввиду различий в лекарственных формах и режимах дозирования препаратов. Критерии включения: подтвержденный диагноз НГЭ (ЭКЯ, ретроцервикальный эндометриоз (РЦ), ЭКЯ + РЦ) методами визуальной диагностики (МРТ); отсутствие абсолютных показаний для хирургического вмешательства и планирование программ вспомогательных репродуктивных технологий на момент включения в исследование; отсутствие хирургического лечения по поводу эндометриоза в анамнезе; отсутствие приема препаратов половых гормонов за 6 месяцев до включения в исследование; отсутствие противопоказаний для терапии препаратами половых гормонов; наличие информированного согласия на участие в исследовании. Критерии невключения и исключения: беременность; лактация; онкологические, тяжелые соматические и психические заболевания; прием антидепрессантов.

Первичной конечной точкой являлось изменение объема очагов НГЭ (ЭКЯ и/или РЦ) по данным МРТ через 6 месяцев терапии относительно исход...

0,00001) [13].>

Алиева П.М., Думановская М.Р., Солопова А.Е., Сметник А.А., Павлович С.В.