Вестник Российского общества урологов №3 / 2025

Путь в тысячу MILES начинается с первого шага: проспективное рандомизированное исследование безопасности и эффективности минимально инвазивной и стандартной лазерной энуклеации

5 сентября 2025

Тренд на минимально инвазивные методы лечения урологических заболеваний открыл дорогу минимально инвазивной лазерной энуклеации (MiLEP) — современной модификации, сочетающей эффективность стандартной методики с меньшей травматичностью и расширенными возможностями применения. Нарастающая доказательная база и технологические инновации позволяют рассматривать MiLEP как один из ключевых шагов на пути к «идеальной» операции при гиперплазии предстательной железы.

С увеличением заболеваемости растет и количество хирургических вмешательств, выполняемых по поводу гиперплазии предстательной железы (ГПЖ) [1]. Так, с 2006 по 2019 г. в Турции частота операций увеличилась примерно с 7,0 до 10,1% [2]. В Финляндии за период с 2004 по 2018 г. их количество выросло на 8,4%, а в Германии с 2006 по 2019 г. – на 7,6% [3,4]. В США с 2013 по 2019 г. общее число вмешательств при ГПЖ увеличилось на 73% [5].

В настоящее время предложено несколько вариантов хирургического лечения: резекция, энуклеация, вапоризация, альтернативные и неаблативные методы [6]. Несмотря на это изобилие, одним из наиболее перспективных методов является лазерная энуклеация, предложенная P.J. Gilling еще в 1996 г. [7]. В исследованиях показано, что лазерная энуклеация, по сравнению с аденомэктомией, обеспечивает сопоставимую эффективность при меньшем риске осложнений, а также сопровождается более коротким временем госпитализации и катетеризации [8, 9]. При сравнении лазерной энуклеации с трансуретральной резекцией простаты (ТУРП) установлено, что она показывает лучшие функциональные результаты, при этом характеризуется меньшим временем катетеризации и госпитализации и более низким риском гемотрансфузии, гипонатриемии и стриктур уретры [10].

В связи с указанными преимуществами лазерная энуклеация прочно вошла в российские и европейские клинические рекомендации как метод выбора при ГПЖ размером более 80 см³ [6, 11]. Американская ассоциация урологов вовсе рассматривает лазерную энуклеацию как метод лечения ГПЖ вне зависимости от ее объема [12]. На этом фоне отмечается устойчивый рост числа выполняемых лазерных энуклеаций. Так, в США частота выполнения данной операции увеличилась с 1,1 до 7,6% в период с 2008 по 2020 г. [13, 14]. В Европе аналогичная тенденция отмечена в Германии, где показатель вырос с 4,2 до 9,6%, и в Турции – с 0 до 38,6% за период с 2006 по 2019 г. [2, 4]. Несмотря на рост частоты выполнения лазерной энуклеации, а также ее доказанную эффективность и безопасность, она все же не занимает лидирующую позицию среди методов хирургического лечения ГПЖ, где по-прежнему преобладает ТУРП. К основным недостаткам техники, препятствующим ее более активному внедрению, относятся высокая стоимость, крутая кривая обучения, а также риск специфических осложнений, таких как стрессовое недержание мочи (СНМ), повреждение стенки мочевого пузыря и стриктуры уретры.

При анализе экономической эффективности установлено, что лазерная энуклеация дороже ТУРП примерно в 1,4 раза [15, 16]. Однако метод экономически выгоден, окупается к 8–10 году и обеспечивает экономию около 664 долл. на пациента [16]. Более того, уже через 5 лет суммарные расходы на лазерную энуклеацию оказываются ниже, чем при применении других методов, особенно при больших простатах [17].

Другим ограничением является крутая кривая обучения. Так, согласно данным систематического обзора, для освоения лазерной энуклеации большинству хирургов требуется выполнить 30–50 операций, чтобы достичь уровня плато [18].

При рассмотрении осложнений следует отметить, что частота стрессового недержания мочи после операции (в течение <6 месяцев) составляет 16,6–29,4%, а стриктуры уретры – 1,7–6,5% [19, 20]. Повреждение стенки мочевого пузыря наблюдается в 2,4% случаев [21]. Не менее важным аспектом для пациентов также является сохранение эякуляции, которая часто (> 70–75%) утрачивается после лазерной энуклеации [22].

Описанные выше ограничения привели к разработке MISTs – minimally invasive surgical therapies. Концепция MIST подразумевает уменьшение осложнений, времени операции и госпитализации, амбулаторные условия, снижение стоимости, пологую кривую обучения и повышение стандартизации. Среди MISTs, обладающих наибольшей доказательной базой, выделяют конвекционную аблацию водяным паром (система Rezum), робот-ассистированную водоструйную аблацию, эмболизацию простатических артерий (ЭПА), а также UroLift [11]. Учитывая ожидаемые преимущества, MISTs стали активно внедряться в клиническую практику, что подтверждается ростом их применения в США в 2013–2019 гг. Так, частота выполнения Rezum увеличилась с 0 до 5,8%, а UroLift – с 1,6 до 18,3% [5].

После внедрения в клиническую практику MISTs стали активно сравнивать с лазерной энуклеацией. Так, лазерная энуклеация по сравнению с Rezum демонстрировала статистически более выраженное снижение IPSS. В то же время Rezum превосходил лазерную энуклеацию в отношении эякуляторной функции и характеризовался меньшей частотой серьезных осложнений [23]. В другой работе лазерная энуклеация также показала более выраженное улучшение функциональных показателей через 12 месяцев, особенно при крупных простатах. В то же время методика Rezum обеспечивала более короткое время операции и госпитализации, однако сопровождалась большей длительностью катетеризации. Сохранение эякуляции значительно чаще отмечалось после Rezum [24]. Несмотря на ряд клинических преимуществ Rezum, лазерная энуклеация оказалась экономически более целесообра...