Особенности репродуктивного поведения молодежи

01.12.2013
1502

ГБОУ ВПО Российский университет дружбы народов Минобрнауки, Москва; Российская ассоциация «Народонаселение и развитие», Москва

Цель исследования. Изучение современных особенностей репродуктивного поведения и репродуктивного выбора молодежи обоих полов и влияния на них современных общественных отношений.
Материал и методы исследования. Комплексное рассмотрение проблем в условиях трансформации общества; анализ сведений из анкет, полученных от 585 студентов Московского государственного педагогического университета, из которых 68,7% были девушки и 31,3% – юноши, в возрасте от 16 до 19 лет (средний возраст 17,0±1,1 и 17,6±1,5 года соответственно).
Результаты исследования. Современное социально-экономическое состояние России оказывает существенное влияние на приоритеты молодежи, вектор которых направлен в основном на повышение материального благополучия и не совпадает с созданием семьи и рождением детей. Гендерные взаимоотношения молодежи определяются в основном удовлетворением сексуальных потребностей при низком использовании современных средств контрацепции на фоне недостаточного полового образования.

В мире насчитывается 1,2 млрд молодых людей в возрасте 15–24 лет, что составляет 18% населения мира и 24% людей трудоспособного возраста [1]. Российская молодежь сегодня – это около 37 млн человек (от 14 до 30 лет) или 25,8% всего населения и 34% населения трудоспособного возраста [2]. Многие демографические проблемы в стране определяются гендерными взаимоотношениями и репродуктивными установками молодежи, их отношением к сексу, браку, семье и деторождению, особенностями контрацептивного поведения, системой охраны репродуктивного здоровья и уровнем медицинской помощи по этим вопросам. В свою очередь на их формирование оказывают влияние социально-политические и экономические условия современного общества, а также взаимоотношения между молодежью, властью, обществом и политикой.

Цель исследования: изучить современные особенности репродуктивного поведения и репродуктивного выбора молодежи обоих полов и определить влияние на них современных общественных отношений.

Материал и методы исследования

Проведено комплексное рассмотрение молодежных проблем в условиях трансформации общества по данным различных источников, отражающих взаимоотношения молодежи с политическими и социальными институтами, обществом, общественными организациями. Были изучены гендерные взаимоотношения, особенности сексуального поведения и репродуктивного выбора, информированность по вопросам репродуктивного здоровья на основании анализа сведений, полученных из анкет от 585 студентов Московского государственного педагогического университета, из которых 402 (68,7%) были девушки, 183 (31,3%) – юноши в возрасте от 16 до 19 лет (средний возраст 17,0±1,1 и 17,6±1,5 года соответственно).

Систематизация результатов проводилась в стандартном приложении Microsoft Office Excel Windows XP. Статистическая обработка результатов проводилась при помощи пакета прикладных статистических программ Statistica 6.0. Использовали метод описательной статистики с определением среднего арифметического, дисперсии и вычисления 95% доверительного интервала. Достоверность разницы показателей оценивалась по t-критерию Стьюдента с использованием правила трех s и критерия Фишера (p<0,05).

Результаты исследования

Взаимоотношения молодежи и общества. По своей сути воспроизводство общества – это воспроизводство его профессиональной, социально-классовой, а в итоге – политико-идеологической структуры. Весь этот процесс «замещения» прежнего общества новым можно назвать воспроизводством социальной структуры (сменой поколений), полный цикл которого в среднем занимает 40 лет. Процесс социализации подразумевает создание государством благоприятных условий для успешной интеграции молодого поколения в культуру современной цивилизации, принятия им как ценности этических и правовых норм, обще-гуманистических принципов образа жизни общества, а также целостного мировоззрения, являющегося для государства системообразующим [3].

Комплексное рассмотрение молодежных проблем показало, что к их числу относятся усугубляющееся неравенство в доходах и материальном положении, доступе к властным ресурсам, безработица, усиливающаяся маргинализация молодежи [4], которые дополняются несовершенством системы образования и здравоохранения.

Более чем у 2/3 молодых людей доминирует ориентация на микрогруппу, что свидетельствует о недоверии к исполнительной и законодательной власти, а также к правоохранительным органам, о чем свидетельствует рост правового нигилизма в молодежном сознании [4].

Результаты опросов Фонда общественного мнения [5], свидетельствуют о четкой прагматичной и рациональной позиции молодежи, ее стремлении к достижению материального благосостояния и успешной карьере, связанных с возможностью получения хорошего профессионального образования и возможность жить в свое удовольствие [6] (рис. 1).

В макрогрупповых ориентациях наиболее устойчивым стереотипом самосознания молодежи является идентификация со своим поколением. Посредством своих неформальных объединений молодежь достигает самоидентификации по отношению к старшему поколению, приобщаясь – зачастую в конфликтной форме – к активной политической жизни и содействуя социальному контролю над властью [7]. Однако только 2,7% молодых людей принимают участие в деятельности общественных организаций. В окружающей жизни молодых людей больше всего беспокоят: нестабильность (23%); материальные проблемы (20,3%); личные проблемы (21,4%); экология (19,2%); равнодушие и жестокость (14,3%) [8].

Охрана здоровья населения России в настоящее время провозглашена национальной стратегией государственной политики, однако абсолютное большинство опрашиваемых считают, что здоровый образ жизни зависит скорее от собственных усилий человека и исходят из того, что превращение России в «здоровую страну» состоится лишь когда-нибудь в далеком будущем (65,9%). Симптоматично, что число респондентов, в принципе не верящих в то, что Россия станет страной здорового образа жизни (22,4%), почти в два раза превышает ту часть опрашиваемых, которые ответили на этот вопрос — «да, и довольно скоро» [9].

Межполовые (гендерные) взаимоотношения в молодежной среде и особенности репродуктивного поведения. Проведенное исследование выявило, что к 18 годам около 70% юношей и девушек имели опыт сексуальной жизни (рис. 2). Средний возраст сексуального дебюта у девушек составил 17,0±1,7 года, у юношей – 16,0±1,8 года. Особенностью, свойственной для обоих полов, была нерегулярная половая жизнь с интенсивностью в среднем до 3–4 раз в неделю и перерывами от месяца до полугода, при этом 56% опрошенных не планировали в течение года создавать семью.

Исследование показало, что современная молодежь откладывает вступление в брак (в среднем, возраст брака по данным опроса составил 23,1±0,8 года) и предпочитает такие формы партнерства, как нерегистрированный гражданский брак (44%). Даже девушки, которые рожали, не выбирали регистрированный брак как форму семейных отношений (только четверть находились в зарегистрированном браке). Изучение вопроса предупреждения нежелательной беременности показало, что при последнем половом контакте девушки (85%) достоверно чаще юношей (74,1%, р<0,01) пользовались контрацептивами. По мере накопления сексуального опыта среди девушек значительно увеличивается число использующих комбинированные оральные контрацептивы (КОК) – с 6,5 до 18,7% (р<0,001), но при этом также достоверно снижается число пользующихся презервативами (с 78,8 до 68,2%, р<0,05) (рис. 3). Несмотря на нерегулярность и непредсказуемость половой жизни у молодежи, случаи использования экстренной контрацепции были единичными (0,7%). С увеличением сексуального стажа достоверно возрастает число использующих сочетание средств контрацепции (КОК и мужской презерватив) – с 7,8 до 13,4% (р<0,05). Особенностями использования контрацептивов среди опрошенных было нерегулярное использование презерватива – 65% и крайне низкая приверженность одному методу – 6,8 месяца (минимальная – для КОК).

Из числа опрошенных респондентов 8,7% указали на наличие беременности в анамнезе. На момент возникновения первой беременности 52% не были замужем, 26% состояли в зарегистрированном браке, 12% находились в разводе и у 10% отношения не были зарегистрированы. Для 48% из них беременность была желанной или скорее желанной, у остальных – нежеланной. Исходы первой беременности были связаны в основном с абортом (64,9%), рождение ребенка предпочли менее трети из них (28,4%). Соотношение абортов к родам составило 2,3:1,0, что превышает аналогичный показатель в группе женщин фертильного возраста (в 2011 г. – 0,56:1,0).

В половине случаев (48%) юноши предлагали своей партнерше замужество, тогда как каждый 5-й партнер (то есть в 20% случаев) предложил сделать аборт.

Доминирующей причиной прерывания беременности было нежелание иметь детей в настоящее время (89%), что отражает низкий уровень ответственности за свое репродуктивное поведение.

Репродуктивные установки подростков свидетельствуют об их желании в будущем иметь не более 1–2 детей (в среднем 1,9).

Половая активность подростков в отдельных случаях приобретает рискованные формы сексуального поведения (частая смена половых партнеров), что ведет к высокому риску заражения инфекциями, передаваемыми половым путем (ИППП), причем чаще среди лиц, употребляющих психоактивные вещества (алкоголь, курение).

Исследование обнаружило неудовлетворенность подростков объемом и качеством получаемой информации (71%) при высокой потребности в ней. Оказалось, что наибольший интерес у подростков вызывают темы, связанные с «образом жизни», способствующим репродуктивному здоровью (44%), а также со «средствами предохранения от беременности» (42%). Менее интересны оказались для них вопросы, связанные с «венерическими заболеваниями» (36%). Однако подростки очень неохотно и редко обращались за помощью в медицинские учреждения.

Обсуждение

Отрицание молодежью устаревших, отживших ценностей и отношений, с одной стороны, является позитивным моментом, с другой – огульное отрицание разрушает историческое, а значит, и политическое сознание молодежи, приводит к ценностно-нормативной неопределенности, релятивизму и нигилизму как его крайней формы. И тогда уже риск, деформирующий форму воспроизводственного процесса населения в первом его звене – на этапе преемственности, становится очевидным [10]. Это отражается не только на взаимоотношениях молодежи и общества, но и на взаимоотношениях в самой молодежной среде, и не в последнюю очередь – на гендерных взаимоотношениях.

Выявленные настоящим исследованием раннее начало половой жизни, предпочтение внебрачных отношений, отложенное материнство и установка на малодетность при низком использовании современных методов контрацепции в целом отражают общие тенденции российской популяции. Так, около 80% девушек начинают половую жизнь между 15–19 годами (для сравнения в США в этом возрастном диапазоне имеют сексуальный опыт 42%); число пар, которые проживают без юридического оформления брака, увеличилось до 3 млн, что привело к реальному росту внебрачных детей и увеличению количества неполных семей (29%, 2008 г.) [12]. Наше исследование показало, что современная молодежь откладывает вступление в брак и предпочитает новые формы партнерства. 18–25-летние молодые люди чаще заявляют о желании иметь лишь одного ребенка (14%) по сравнению с респондентами более старшего возраста (6–9%) и, наоборот, о желании иметь 3 детей – реже (25 и 34–39% соответственно) [13]. Подростки чаще выбирают менее эффективные методы контрацепции (презерватив, прерванный повой акт), при этом потребность в современных методах не реализована более чем у 80% из них (35–40% – у женщин более старшего возраста), при этом приверженность к современным методам (КОК) является крайне низкой (менее 7 месяцев), а беременности прерываются в большинстве случаев (65%), так как являются нежеланными.

Выявленные особенности контрацептивного поведения молодежи совпадают с результатами международного исследовательского проекта «Affective and sexual life of students» (2001–2003 гг.) [14], в котором приняли участие 1703 студентов обоего пола из России (всего участвовало 4000 человек из 9 стран в возрасте 18–24 лет), где было показано, что 18% девушек и 25% юношей во время первого полового опыта не пользовались контрацепцией и средствами для предупреждения ИППП. Чаще, чем в других странах, россияне полагались на традиционные методы (прерванное сношение и ритмические методы) – около 14% юношей и 28% девушек. В то же время уровень использования презервативов был самым низким, не считая студентов Болгарии (презервативом пользовались 59,7% юношей и 49,5% девушек), в других странах уровень использования превышал 68% и 58% соответственно. Но доля девушек, указавших на применение презерватива при случайных связях, была на 11,3 процентного пункта (39,2%) меньше, чем у тех, кто вступил в первую связь с постоянным партнером. К оральным контрацептивам в начале половой жизни российские студенты обращаются редко (1,8% юношей и 3,8% девушек).

Для многих долговременных партнерских союзов презерватив также остается главным средством предупреждения беременности. В момент последней половой связи презервативом воспользовались 70%, а оральными контрацептивами – лишь 5%. Ошибки в выборе и применении контрацептивных методов приводят к абортам и ИППП.

Роль качественного консультирования по вопросам контрацепции была продемонстрирована в Первой научно-образовательной программе «CHOICE» – «Здоровая контрацепция», в которой наша страна принимала участие наряду с 10 европейскими государствами [15]. Из трех методов комбинированной гормональной контрацепции с разными режимами приема (КОК, влагалищное кольцо и трансдермальный пластырь) пациентки отдали предпочтение ежемесячному режиму – число его приверженцев выросло более чем в 6 раз, по сравнению с КОК (лишь в 1,3 раза). Интересно, что около трети женщин, использовавших ранее КОК или пластырь (31,6 и 32,9% соответственно), после консультации изменили свой выбор, отказавшись от них в пользу кольца с ежемесячным режимом использования. Тогда как среди тех, кто изначально использовал кольцо в качестве метода предохранения, только 1% изменили свои предпочтения. Кроме того, о регулярных нарушениях правил приема сообщили 71% женщин, использующих КОК, 32% пользователей пластыря и только 21% женщин, применяющих влагалищное кольцо новаринг в ежемесячном режиме [16].

От 10 до 20% женщин отметили, что они испытывали беспокойство, вызванное неправильным приемом противозачаточных средств, которое было наиболее выраженным у женщин, применяющих КОК. Об этом сообщили 68,8% пользователей КОК, а 22,6% женщин указали, что испытывают страх, связанный с нарушением режима приема. Напротив, у женщин, применявших контрацептивы, не требующие ежедневного приема, наблюдалось более стабильное настроение, и они реже испытывали беспокойство и страх [16].

Все исследователи отмечают исключительную эффективность методов пролонгированной контрацепции, связанную с отсутствием необходимости контроля со стороны пациенток [17], что чрезвычайно важно для молодых пользователей, так как они чаще допускают погрешности в приеме препаратов. Так, в исследовании среди участниц, которые использовали таблетки, те, кто был младше 21 года, имели риск нежелательной беременности вдвое выше, чем старшие участницы [1, 18].

Зарубежные исследователи также отмечают бóльшую эффективность и приверженность со стороны молодежи к методам комбинированной пролонгированной обратимой контрацепции. При этом анализ литературы показал, что вагинальное введение имеет значительные преимущества по сравнению с другими способами введения контрацептивных гормонов, включая пероральные и подкожные методы [19, 20].

Благодаря обильному кровоснабжению влагалища всасывание активных метаболитов происходит быстро и постоянно, что позволяет обеспечить равномерное поступление гормонов в кровь в течение суток без ежедневных колебаний и эффекта первичного прохождения через печень, как при использовании КОК [21, 22], что обеспечивает супрессию гипоталамо-гипофизарно-яичниковой системы и обеспечивает надежный контрацептивный эффект.

Сложный единый композит этиленвинилацетата, этинилэстрадиола (ЕЕ) и этоногестрела позволяет выделяться постоянно строго определенному количеству гормонов в течение всего времени использования кольца. Это обеспечивает высокую контрацептивную эффективность и надежный контроль цикла, несмотря на самую низкую ежесуточную концентрацию ЕЕ. Системное воздействие ЕЕ (за цикл) в 2,1 раза меньше, чем при приеме КОК.

Среднее число женщин, отмечающих нерегулярные кровянистые выделения при использовании новаринга, составляет менее 4,4% [23].

Преимущества вагинального введения отмечаются и при его использовании после искусственного прерывания беременности, так как отсутствует взаимодействие гормонов с антибиотиками, применяемыми для профилактики инфекционных осложнений, и дополнительного использования барьерных контрацептивов не требуется [23].

Приверженность в использовании – залог надежной контрацепции. Для новаринга она оценивалась в двух крупных исследованиях, проведенных в Европе и Северной Америке. Всего 2322 женщины использовали новаринг в течение одного года. Ответы, полученные на протяжении периода исследования, указывают, что почти все женщины отмечали простоту введения и извлечения кольца новаринг (97%) [24]. Для новаринга отмечена высокая приемлемость, достигающая 67% [19, 25].

Исследователи Программы «CHOICE» отметили, что дальнейший потенциал роста числа пользователей у КОК минимален по сравнению с инновационными методами гормональной контрацепции, такими как ежемесячное кольцо, в связи с удобством и отсутствием необходимости ежедневного приема [15].

Женщины, выбирающие контрацепцию, должны получить качественную консультацию профессионалов в области репродуктивного здоровья, потому что пациентки, довольные выбранным методом, используют его в течение более длительного времени [20].

При проведении консультирования девочек-подростков по вопросам выбора контрацепции необходимо учитывать их потребности в высокоэффективных долгосрочных методах, отсутствие необходимости в ежедневном приеме, независимость от полового акта и мотивации, невысокую стоимость и удовлетворенность выбором, что позволит повысить приверженность к используемому методу контрацепции и снизить количество нежелательных беременностей и, соответственно, абортов.

Женщинам, выбирающим любой вид контрацепции и подверженным более высокому риску инфекций, передаваемых половым путем (возраст <25 лет или>25 лет и новый сексуальный партнер, или имеющие более одного партнера за последний год), куда входят и девочки-подростки, следует рекомендовать дополнительно пользоваться презервативом.

Несмотря на важную роль экстренной контрацепции в предотвращении беременности среди подростков, она также применяется редко. Например, в США только 1% женщин хотя бы раз использовал экстренную контрацепцию. В России данных по использованию этого метода нет. В нашем исследовании только 0,7% опрошенных девочек-подростков применяли экстренную контрацепцию. В то же время было рассчитано, что широкое применение экстренной контрацепции могло бы предотвратить 2 млн нежелательных беременностей и свыше 1 млн абортов [18].

Демографическая ситуация в России характеризуется сложными и неоднозначными процессами в развитии населения. К началу XXI в. Россия подошла в состоянии устойчивого процесса депопуляции, имея один из самых высоких темпов естественной убыли населения. В связи с этим в последние годы значительно повысился интерес государственных структур к демографическим и социальным проблемам, что, в свою очередь, отразилось на направлении государственной политики в сторону поддержки материнства и детства, постепенного перехода от преимущественно малодетного к среднедетному типу репродуктивного поведения семей, социальной защиты и материального поощрения родительства. Вместе с тем, несмотря на кажущуюся масштабность принятых в 2007–2010 гг. мер, их явно недостаточно для того, чтобы молодые семьи могли принимать более свободные и ответственные решения о рождении детей. Отсюда понятно, что установки молодежи на материальное благополучие не связаны с деторождением, что было также показано в нашем исследовании – всего 1,9 ребенка планируют иметь современные подростки.

В 1994 г. на Международной конференции по народонаселению и развитию ООН (МКНР ООН) правительства стран-участников согласились восполнять потребности подростков и молодежи в информации, консультировании и высококачественном медицинском обслуживании, «как путь, который поощряет подростков и молодежь продолжать свое образование, развивать свой потенциал и предотвращать ранний брак и высокий риск раннего деторождения» [26]. МКНР ООН и IV Всемирная конференция в Пекине в 1995 г. по положению женщин определила эти цели не только как потребности молодых людей, но также и как их права [27].

Недостаточная информированность подростков по вопросам охраны репродуктивного здоровья может быть преодолена введением образовательной программы в учебных заведениях, а также модернизацией работы медицинских учреждений в сторону большей доброжелательности в соответствии с потребностями подростков.

Выводы

Современное социально-экономическое состояние России оказывает существенное влияние на жизненные приоритеты молодежи, вектор которых направлен в основном на повышение материального благополучия и не совпадает с созданием семьи и рождением детей.

Гендерные взаимоотношения молодежи определяются в основном удовлетворением сексуальных потребностей при низком использовании современных средств контрацепции.

Ранний возраст сексуального дебюта (в среднем 17,0±1,7 года) в сочетании с приемлемым возрастом вступления в брак (по мнению опрошенных – 23,1±0,8 года) приводит к предпочтению добрачных партнерских отношений (нерегистрированный гражданский брак – 44,3%), а недостаточное половое образование – к рискованным формам полового поведения.

Государственные меры поддержки материнства не влияют на установки молодежи в отношении деторождения (желаемое количество детей – 1,9).

Использование КОК отличается низкой приемлемостью и приверженностью в молодежной среде, в то же время использование методов пролонгированной обратимой и экстренной контрацепции остается недостаточным, что обусловливает высокий процент нежелательных беременностей.

Неудовлетворенная потребность в современных методах контрацепции среди молодежи достигает 81,3%, что в 2 раза выше, чем среди всех женщин фертильного возраста, что приводит к наступлению нежелательной беременности, которая прерывается в 64,9% случаев, при этом соотношение аборты/роды у них в 4 раза выше, чем аналогичный показатель среди женщин других возрастов.

Образовательный уровень молодежи в вопросах безопасного репродуктивного поведения является низким, а качество консультирования по выбору контрацепции – недостаточным, что определяет необходимость совершенствования данного вида помощи подросткам.

Список литературы

  1. World Youth Report 2007: Young people's transition to adulthood - progress and challenges. United Nations, Department of Economic and Social Affairs; 2008. 348 р.
  2. Государственная программа Российской Федерации «Развитие образования» на 2013–2020 годы (в новой редакции) (утв. Распоряжением Правительства РФ от 15 мая 2013 г. N 792-р).
  3. Горшков М.К., Шереги Ф.Э. Молодежь России: социологический портрет. 2-е изд. М.: ЦСПиМ; 2010. 592 с.
  4. Тарцан В.Н. Государственная молодежная политика в современной России. Политические исследования (ПОЛИС). 2010; 3: 156–60.
  5. Фонд общественное мнение. Общероссийский опрос молодежи от 18-23 июля 2002 года (100 населенных пунктов 44 субъекта РФ 1500 респондентов). Принципы и ценности молодежи. Available at: http://bd.fom.ru/
  6. Манько Ю.В., Оганян К.М. Социология молодежи: Учебное пособие. СПб.: «Петрополис»; 2008. 316 с.
  7. Поцелуев С.П. Неформальные объединения молодежи. Available at: http://dic.academic.ru/
  8. Карпухин О.И. Молодежь России: особенности социализации и самоопределения. Социологические исследования. 2000; 3: 126.
  9. Положение молодёжи в системе образования России. М.: Рособразование, Университет дружбы народов; 2004.
  10. Тараканов П.В. Особенности политического сознания российской молодежи. В кн.: Язык, образование, культура, общество: от идеи к реализации: Материалы межвузовской научно-методической конференции. М.: Пограничная академия ФСБ России; 2006: 281–9.
  11. Репродуктивное здоровье и права молодежи в Российской Федерации UNFPA. 2000-2002 гг. Available at: http://zdravinform.mednet.ru/
  12. Внебрачные дети. Available at: http://www.conferancie.ru/
  13. Вовк Е. Количество детей в семье: установки и репродуктивное поведение. Available at: http://www.demoscope.ru/
  14. Денисенко М. Российский студент в интимной жизни. Население и общество. Электронная версия бюллетеня. 2006. Available at: http://polit.ru/
  15. Прилепская В.Н., Назарова Н.М., Тарасова М.А., Летуновская А.Б. Международный проект «CHOICE»: краткий обзор результатов исследования. Гинекология. 2010; 4: 26–8.
  16. Тарасова М.А. Программа CHOICE – «Здоровая Контрацепция» – в России. Акушерство, гинекология и репродукция. 2009; 1: 4–5.
  17. Stoddard A., McNicholas C., Peipert J.F. Efficacy and safety of long-acting reversible contraception. Drugs. 2011; 71(8): 969–80.
  18. Stanwood N.L., Grimes D.A., Schulz K.F. Insertion of an intrauterine contraceptive device after induced or spontaneous abortion: a review of the evidence. Br. J. Obstet. Gynaecol. 2001; 108(11): 1168–73.
  19. Long-acting reversible contraception: the effective and appropriate use of long-acting reversible contraception. National Collaborating Centre for Women’s and Children’s Health. RCOG, 2013. Available at: http://www.nice.org.uk/
  20. Mestad R., Kenerson J., Peipert J. Reversible сontraception update: The importance of long-acting reversible contraception. Postgrad. Med. 2009; 121(4): 18–25.
  21. Fanchin R., De Ziegler D., Bergeron C., Righini C., Torrisi C., Frydman R. Transvaginal administration of progesterone. Obstet. Gynecol. 1997; 90(3): 396–401.
  22. Cicinelli E., Einer–Jensen N., Galantino P., Pinto V., Barba B., Tartagni M. Model of counter–current transfer from vaginato urethra in postmenopausal women. Hum. Reprod. 2001; 16(12): 2496–500.
  23. Dogterom P., van den Heuvel M.W., Thomsen T. Absence of pharmacokinetic interactions of the combined contraceptive vaginal ring NuvaRing with oral amoxicillin or doxycycline in two randomized trials. Clin. Pharmacokinet. 2005; 44: 429–38.
  24. Dieben T.O.M., Roumen F.J.M.E., Apter D. Efficacy, cycle control, and user acceptability of a novel combined contraceptive vaginal ring. Obstet. Gynecol. 2002; 100: 585–93.
  25. Peipert J.F., Zhao Q., Allsworth J.E., Petrosky E., Madden T., Eisenberg D., Secura G. Continuation and satisfaction of reversible contraception. Obstet. Gynecol. 2011; 117(5): 1105–13.
  26. Report of the World Summit on Social Development, A/CONF.166/9, 19 April 1995 Available at: http://www.un-documents.net/
  27. Report of the Fourth World Conference on Women, A/CONF.177/20/Rev.1, Beijing, China, September 1995. Available at: http://www.un-documents.net/

Об авторах / Для корреспонденции

Дикке Галина Борисовна, заслуженный деятель науки и образования, доктор медицинских наук, профессор кафедры акушерства, гинекологии и репродуктивной медицины факультета повышения квалификации медицинских работников ГБОУ ВПО РУДН Минобрнауки России
Адрес: 117198, Россия, Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 6. Телефон: 8 (495) 434-53-00. Факс: 8 (495) 433-15-11. E-mail: galadikke@yandex.ru
Ерофеева Любовь Владимировна, генеральный директор Российской ассоциации «Народонаселение и развитие»
Адрес: 115184, Россия, Москва, Озерковская наб., д. 22/24. Телефон: 8 (499) 230-07-83, 8 (495) 632-02-94. E-mail: erofeeva@ranir.ru

Нет комментариев

Комментариев: 0

Вы не можете оставлять комментарии
Пожалуйста, авторизуйтесь