Значение антимюллерова гормона в диагностике синдрома поликистозных яичников

DOI: https://dx.doi.org/10.18565/aig.2017.1.46-52

27.01.2017
819

ФГБУ Научный центр акушерства, гинекологии и перинатологии им. академика В.И. Кулакова Минздрава России, Москва
Цель исследования. Оценить значение антимюллерова гормона (АМГ) для диагностики синдрома поликистозных яичников (СПКЯ) и возможные особенности его секреции при различных фенотипах синдрома. Материал и методы. В исследование включены 502 женщины репродуктивного возраста: 250 с СПКЯ (возраст 25,4±4,2 года, индекс массы тела (ИМТ) – 24,2±5,6 кг/м2) и 252 без нарушений репродуктивной функции (возраст 25,2±3,8 года, ИМТ – 24,2±5,6 кг/м2). В соответствии с Роттердамскими критериями были выделены четыре фенотипа синдрома. Фенотип А имели 58% женщин, фенотип В – 10,4%, фенотип С – 6,4% фенотип Д – 25,2%. Проведено комплексное клинико-лабораторное обследование, включающее ультразвуковое исследование органов малого таза, исследование андрогенного профиля, АМГ, ЛГ, ФСГ, пролактина, ТТГ. Результаты. Средний уровень АМГ в сыворотке крови здоровых женщин составил 3,3±1,9 нг/мл, в группе женщин с СПКЯ – 15,8±10,2 нг/мл (р<0,05). Наиболее высокий уровень АМГ был выявлен у женщин с фенотипом А (17,9±11,6 нг/мл), по сравнению с другими фенотипами синдрома (р<0,05). По данным ROC-анализа пороговый уровень АМГ для диагностики СПКЯ составил 5,2 нг/мл (AUC – 0,97, чувствительность метода 95%, специфичность – 92%, доверительный интервал CI 95%). Заключение. Уровень АМГ, превышающий 5,2 нг/мл, можно рассматривать в качестве порогового при диагностике СПКЯ вне зависимости от фенотипа синдрома. Повышение сывороточного уровня АМГ является более специфичным и чувствительным диагностическим критерием СПКЯ, чем увеличение объема яичников.

Синдром поликистозных яичников (СПКЯ) – наиболее распространенная эндокринопатия женщин репродуктивного возраста, его частота достигает 10–15% [1, 2]. СПКЯ характеризуется комплексом патофизиологических нарушений, основными среди них являются гиперандрогения (ГА) яичникового генеза, хроническая ановуляция и метаболическая дисфункция.

Согласно Роттердамским критериям (2003), диагноз СПКЯ устанавливается при наличии как минимум двух из трех ключевых симптомов: ГА, олигоменореи, поликистозной трансформации по данным ультразвукового исследования. В зависимости от комбинации клинико-лабораторных признаков выделяют четыре репродуктивных фенотипа СПКЯ: классический фенотип А (ГА+ОМ+ПКЯ) и 3 неполных фенотипа (В – неовуляторный, ГА+ОМ; С – овуляторный – ГА+ПКЯ; Д – неандрогенный – ПКЯ+ОМ). Среди них доминирует классический фенотип А, его частота составляет 48,4–52,9% [1, 2]. Гетерогенность клинических проявлений вызывает трудности в диагностике неполных фенотипов синдрома и обосновывает целесообразность оптимизации диагностических критериев. В качестве наиболее перспективного маркера СПКЯ в настоящее время рассматривают антимюллеров гормон (АМГ) – гликопротеин, член семейства трансформирующего фактора роста β. Продукция АМГ зависит от стадии развития фолликула. Экспрессия АМГ отсутствует в примордиальных фолликулах, обнаруживается в клетках гра n нулезы преантральных фолликулов, достигает пика в малых антральных фолликулах и прекращается в больших антральных фолликулах. АМГ участвует в регуляции фолликулогенеза как на ФСГ-независимой стадии путем подавления рекрутинга примордиальных фолликулов в преантральные, так и на ФСГ-зависимой стадии – подавляется селекция и созревание доминантного фолликула за счет снижения чувствительности к ФСГ [3]. АМГ ингибирует также ФСГ-зависимую экспрессию ароматазы в клетках гранулезы, снижает конверсию тестостерона в эстрадиол [4]. Поскольку АМГ продуцируется только клетками гранулезы, его концентрация в сыворотке крови находится в прямой зависимости от числа преантральных и малых антральных фолликулов. В связи с этим уровень АМГ используют как предиктор ответа на стимуляцию яичников, как маркер старения и ятрогенного поражения яичников [3, 5, 6].

В начале 2000-х годов были опубликованы результаты первых исследований о повышении уровня АМГ при СПКЯ. По данным литературы, уровень АМГ в сыворотке крови женщин с СПКЯ в 2–4 раза превышает таковой у здоровых женщин репродуктивного возраста [7–9]. Предполагают, что продукция АМГ повышается не только за счет большого числа преантральных и малых антральных фолликулов, но также за счет усиления экспрессии гормона клетками гранулезы [10]. Данные об уровне АМГ при различных фенотипах СПКЯ достаточно противоречивы. Результаты большинства исследований указывают на более высокий уровень АМГ у женщин с классическим фенотипом А. Однако результаты других исследований свидетельствуют о сопоставимом среднем уровне АМГ при андрогенных и неандрогенном фенотипах СПКЯ [11–13].

В связи с существующими методологическими проблемами до настоящего времени нет единого мнения относительно универсального диагностического порога уровня АМГ, который служил бы предиктором овариальной дисфункции при СПКЯ. Ввиду отсутствия стандартизации методов определения АМГ Общество гиперандрогенных состояний и СПКЯ (2014) рекомендует использовать собственные пороговые значения, при условии, что при их определении отбор контрольной популяции будет проводиться согласно строгим критериям включения и исключения [14]. Эта рекомендация послужила поводом для планирования данного исследования.

Цель исследования: оценить значение АМГ для диагностики СПКЯ и возможные особенности его секреции при различных фенотипах синдрома.

Материал и методы исследования

Исследование, одобренное этическим комитетом, проводилось на базе отделения гинекологической эндокринологии и научно-диагностической лаборатории ФГБУ НЦАГиП им. В.И. Кулакова с января 2014 по апрель 2016 года. Критериями включения были: возраст женщин от 18 до 35 лет, наличие СПКЯ (по Роттердамским критериям 2003 г.), отсутствие сопутствующей эндокринной и некомпенсированной экстрагенитальной патологии, а также гормональной терапии в течение не менее трех месяцев до вступления в исследование.

В исследование включены 502 женщины: 250 – с СПКЯ и 252 – соматически здоровые женщины без нарушения функции репродуктивной системы и ГА, которые составили группу контроля. Пациентки были сопоставимы по возрасту и индексу массы тела (ИМТ) (группа СПКЯ – средний возраст 25,4±4,2 года, средний ИМТ – 24,2±5,6 кг/м2; группа контроля средний возраст 25,2±3,8 года, средний ИМТ – 24,2±5,6 кг/м2, p>0,05). Избыточная масса тела выявлена у 41 (16,4%) пациентки, ожирение – у 29 (11,6%). Признаки гирсутизма диагностированы у 164 (65,6%) больных. Из 95 женщин, заинтересованных в наступлении беременности, 85 (89,5%) предъявляли жалобы...

Список литературы

1. Diamanti-Kandarakis E., Dunaif A. Insulin resistance and the polycystic ovary syndrome revisited: an update on mechanisms and implications. Endocr. Rev. 2012; 33(6): 981-1030.

2. Fauser B.C.J.M., Tarlatzis B.C., Rebar R.W., Legro R.S., Balen A.H., Lobo R. et al. Consensus on women’s health aspects of polycystic ovary syndrome (PCOS): the Amsterdam ESHRE/ASRM-Sponsored 3rd PCOS Consensus Workshop Group. Fertil. Steril. 2012; 97(28-38): e25.

3. Dewailly D., Andersen C.Y., Balen A., Broekmans F., Dilaver N., Fanchin R. et al. The physiology and clinical utility of anti-Müllerian hormone in women. Hum. Reprod. Update. 2014; 20(3): 370-85.

4. Pellatt L., Rice S., Dilaver N., Heshri A., Galea R., Brincat M. et al. Anti-Müllerian hormone reduces follicle sensitivity to folliclestimulating hormone in human granulosa cells. Fertil. Steril. 2011; 96(5): 1246-51. e1241.

5. Попова П.В., Рязанцева Е.М., Рулёва О.E., Зазерская И.Е., Гринёва Е.Н. Антимюллеров гормон как предиктор менструального ответа при лечении женщин с синдромом поликистозных яичников с помощью изменения образа жизни и терапии метформином. Вестник репродуктивного здоровья. 2010; 3-4: 24-9.

6. Стрельченко Д.А., Перминова С.Г., Донников А.Е. Предикторы синдрома гиперстимуляции яичников в программе ЭКО. Акушерство и гинекология. 2015; 10: 19-26.

7. Pigny P., Merlen E., Robert Y., Cortet-Rudelli C., Decanter C., Jonard S., Dewailly D. Elevated serum level of anti-mullerian hormone in patients with polycystic ovary syndrome: relationship to the ovarian follicle excess and to the follicular arrest. J. Clin. Endocrinol. Metab. 2003; 88(12): 5957-62.

8. Apridonidze T., Essah P.A., Luorno M.J., Nestler J.E. Prevalence and characteristics of the metabolic syndrome in women with polycystic ovary syndrome. J. Clin. Endocrinol. Metab. 2005; 90(4): 1929-35.

9. Боярский К.Ю., Гайдуков С.Н., Машкова Е.А. Роль антимюллерова гормона (АМГ) в норме и при различных гинекологических заболеваниях. Журнал акушерства и женских болезней. 2009; 58(3): 75-85.

10. Rosenfield R.L., Wroblewski K., Padmanabhan V., Littlejohn E., Mortensen M., Ehrmann D.A. Anti-Müllerian hormone levels are independently related to ovarian hyperandrogenism and polycystic ovaries. Fertil. Steril. 2012; 98(1): 242-9.

11. Piouka A., Farmakiotis D., Katsikis I., Macut D., Gerou S., Panidis D. Anti-Müllerian hormone levels reflect severity of PCOS but are negatively influenced by obesity: relationship with increased luteinizing hormone levels. Am. J. Physiol. Endocrinol. Metab. 2009; 296(2): E238-43.

12. Sahmay S., Atakul N., Oncul M., Tuten A., Aydogan B., Seyisoglu H. Serum anti-Müllerian hormone levels in the main phenotypes of polycystic ovary syndrome. Eur. J. Obstet. Gynecol. Reprod. Biol. 2013; 170(1): 157-61.

13. Romualdi D., Di Florio C., Tagliaferri V., De Cicco S., Gagliano D., Immediata V. et al. The role of anti-Müllerian hormone in the characterization of the different polycystic ovary syndrome phenotypes. Reprod. Sci. 2016; 23(5): 655-61.

14. Goodman N.F., Cobin R.H., Futterweit W., Glueck J.S., Legro R.S., Carmina E. American Association of Clinical Endocrinologists, American College of Endocrinology, and androgen excess and PCOS society disease state clinical review: guide to the best practices in the evaluation and treatment of polycystic ovary syndrome – part 1. Endocr. Pract. 2015; 21(11): 1291-300.

15. Laven J.S., Mulders A.G., Visser J.A., Themmen A.P., De Jong F.H., Fauser B.C. Anti-Müllerian hormone serum concentrations in normoovulatory and anovulatory women of reproductive age. J. Clin. Endocrinol. Metab. 2004; 89(1): 318-23.

16. Dewailly D., Gronier H., Poncelet E., Robin G., Leroy M., Pigny P. et al. Diagnosis of polycystic ovary syndrome (PCOS): revisiting the threshold values of follicle count on ultrasound and of the serum AMH level for the definition of polycystic ovaries. Hum. Reprod. 2011; 26(11): 3123-9.

17. Li H.W., Anderson R.A., Yeung W.S., Ho P.C., Ng E.H.Y. Evaluation of serum anti-Müllerian hormone and inhibin B concentrations in the differential diagnosis of secondary oligoamenorrhea. Fertil. Steril. 2011;96(3): 774-9.

18. Eilertsen T.B., Vanky E., Carlsen S.M. Anti-Müllerian hormone in the diagnosis of polycystic ovarian syndrome: can morphologic description be replaced? Hum. Reprod. 2012; 27(8): 2494-502.

19. Pigny P., Jonard S., Robert Y., Dewailly D. Serum anti-Müllerian hormone as a surrogate for antral follicle count for definition of the polycystic ovary syndrome. J. Clin. Endocrinol. Metab. 2006; 91(3): 941-5.

20. Carmina E., Campagna A.M., Fruzzetti F., Lobo R.A. AMH measurement versus ovarian ultrasound the diagnosis of polycystic ovary syndrome (PCOS) in different phenotypes. Endocr. Pract. 2016; 22(3): 287-93.

21. Lauritsen M.P., Bentzen J.G., Pinborg A., Loft A., Forman J.L., Thuesen L.L. et al. The prevalence of polycystic ovary syndrome in a normal population according to the Rotterdam criteria versus revised criteria including anti-Müllerian hormone. Hum. Reprod. 2014; 29(4): 791-801.

22. Lujan M.E., Jarrett B.Y., Brooks E.D., Reines J.K., Peppin A.K., Muhn N. et al. Updated ultrasound criteria for polycystic ovary syndrome: reliable thresholds for elevated follicle population and ovarian volume. Hum. Reprod. 2013; 28(5): 1361-8.

23. Kelsey T.W., Wright P., Nelson S.M., Anderson R.A., Wallace W.H. A validated model of serum anti-mullerian hormone from conception to menopause. PLoS One. 2011; 6(7): e22024.

24. Nelson S.M., Messow M.C., Wallace A.M., Fleming R., McConnachie A. Nomogram for the decline in serum antimüllerian hormone: a population study of 9,601 infertility patients. Fertil. Steril. 2011; 95(2): 736-41. e1-3.

25. Nelson S.M., Messow M.C., McConnachie A., Wallace H., Kelsey T., Fleming R. et al. External validation of nomogram for the decline in serum anti-Müllerian hormone in women: a population study of 15,834 infertility patients. Reprod. Biomed. Online. 2011; 23(2): 204-6.

26. Almog B., Shehata F., Suissa S., Holzer H., Shalom-Paz E., La Marca A. et al. Age-related normograms of serum antimüllerian hormone levels in a population of infertile women: a multicenter study. Fertil. Steril. 2011; 95(7): 2359-63.

27. Nardo L.G., Yates A.P., Roberts S.A., Pemberton P., Laing I. The relationships between AMH, androgens, insulin resistance and basal ovarian follicular status in non-obese subfertile women with and without polycystic ovary syndrome. Hum Reprod. 2009;24:2917–2923.

28. Lin Y.H., Chiu W.C., Wu C.H., Tzeng C.R., Hsu C.S., Hsu M.I. Antimüllerian hormone and polycystic ovary syndrome. Fertil. Steril. 2011; 96(1): 230-5.

Поступила 26.08.2016

Принята в печать 02.09.2016

Об авторах / Для корреспонденции

Найдукова Алина Александровна, аспирант отделения гинекологической эндокринологии, ФГБУ НЦАГиП им. академика В.И. Кулакова Минздрава России.
Адрес: 117997, Россия, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4. Телефон: 8 (916) 675-00-97. E-mail: aleeshka@mail.ru
Каприна Елена Кайратовна, аспирант отделения гинекологической эндокринологии, ФГБУ НЦАГиП им. академика В.И. Кулакова Минздрава России.
Адрес: 117997, Россия, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4. Телефон: 8 (916) 129-41-18
Иванец Татьяна Юрьевна, к.м.н., зав. научно-диагностической лабораторией ФГБУ НЦАГиП им. академика В.И. Кулакова Минздрава России.
Адрес: 117997, Россия, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4. E-mail: t_ivanetz@oparina4.ru
Чернуха Галина Евгеньевна, д.м.н., профессор, руководитель отделения гинекологической эндокринологии, ФГБУ НЦАГиП им. академика В.И. Кулакова
Минздрава России. Адрес: 117997, Россия, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4. Телефон: 8 (985) 999-60-00. E-mail:g_chernukha@oparina4.ru

Для цитирования: Найдукова А.А., Каприна Е.К., Иванец Т.Ю., Чернуха Г.Е. Значение антимюллерова гормона в диагностике синдрома поликистозных яичников. Акушерство и гинекология. 2017; 1: 46-52.
http://dx.doi.org/10.18565/aig.2017.1.46-52

Полный текст публикаций доступен только подписчикам

Нет комментариев

Комментариев: 0

Вы не можете оставлять комментарии
Пожалуйста, авторизуйтесь