Дефицит железа как не­­очевидная причина репродуктивных неудач

Дефицит железа является наиболее распространенным микронутриентным нарушением у женщин репродуктивного возраста и традиционно рассматривается в контексте акушерских и гинекологических осложнений. Вместе с тем роль дефицита железа в патогенезе субфертильности и репродуктивных неудач остается недостаточно изученной. 
Цель: Оценка влияния коррекции латентного железодефицита на частоту наступления беременности у женщин с повторными неудачами имплантации в программах криопереноса эуплоидных эмбрионов.
Материалы и методы: В пилотное исследование включены 8 пациенток с первичным идиопатическим бесплодием и повторными неудачами имплантации в программах ВРТ, у которых зарегистрировали снижение сывороточного ферритина (СФ) менее 30 мкг/л при нормальных показателях гемоглобина (более 120 г/л). Коррекция латентного дефицита железа проводилась с использованием препарата, содержащего 50 мг фумарата железа и 500 мкг фолиевой кислоты (Ферретаб), однократно в сутки по 1 капсуле в течение 3 месяцев до достижения целевых значений СФ более 30 мкг/л. Участницам осуществляли перенос одного размороженного эуплоидного эмбриона на стадии бластоцисты оптимального качества.  
Результаты: По завершении трехмесячного курса лечения все участницы пилотного исследования достигли целевых значений СФ (более 30 мкг/л): было зафиксировано статистически значимое повышение уровня СФ с 20 [16,5–20,5] мкг/л до 40 [37–43,5] мкг/л. Ни у одной из участниц пилотного исследования не было зарегистрировано нежелательных явлений. После переноса эмбриона клиническая беременность была зарегистрирована у 5/8 пациенток (62,5%).  
Заключение: Полученные данные указывают на потенциальную клиническую значимость выявления и коррекции латентного дефицита железа у женщин с репродуктивными неудачами. Скрининг на железодефицит и восполнение тканевых запасов железа на прегравидарном этапе могут рассматриваться как перспективное направление в комплексном ведении пациенток с субфертильностью, однако требуют дальнейшего изучения в рамках рандомизированных плацебо-контролируемых исследований. 

Вклад авторов: Бондаренко К.Р., Ермолаева А.С. – концепция и дизайн исследования, сбор и обработка материала, написание текста, редактирование.
Конфликт интересов: Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Финансирование: Работа выполнена без спонсорской поддержки.
Согласие пациентов на публикацию: Пациентки подписали информированное согласие на публикацию своих данных.
Обмен исследовательскими данными: Данные, подтверждающие выводы этого исследования, доступны по запросу у автора, ответственного за переписку, после одобрения ведущим исследователем.
Для цитирования: Бондаренко К.Р., Ермолаева А.С. Дефицит железа 
как неочевидная причина репродуктивных неудач.
Акушерство и гинекология. 2026; 3: 136-144
https://dx.doi.org/10.18565/aig.2026.50

Наметившаяся в последнее десятилетие тревожная динамика показателей рождаемости во многих регионах нашей страны [1] заставляет акушеров-гинекологов искать новые возможности в преодолении препятствий на пути к материнству у женщин, столкнувшихся с бесплодием. Число таких женщин в 2023 г. достигло 254,8 тыс. (согласно данным формы № 12 федерального статистического наблюдения) [2]. Среди широкого спектра модифицируемых причин женской субфертильности [2] все большее внимание уделяется обеспеченности женщины микронутриентами на преконцепционном этапе как ключевому компоненту образа жизни [3], определяющему до 50% здоровья человека, в том числе, репродуктивный потенциал. В этом контексте особое значение приобретает наиболее распространенный в мире, по оценке Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), дефицит питательных веществ – дефицит железа [4, 5]. К группам повышенного риска его развития относятся категории населения, состояние здоровья которых чаще всего находится в сфере профессиональных компетенций акушеров-гинекологов: беременные и кормящие женщины, девочки-подростки, женщины репродуктивного возраста [4, 5].

В клинической практике в настоящее время выделяют две основные формы дефицита железа: железодефицитную анемию (ЖДА) и латентный железодефицит. ЖДА определяется как состояние, характеризующееся снижением содержания железа в сыворотке крови, костном мозге и тканевых депо, что приводит к нарушению синтеза гемоглобина и эритропоэза, развитию гипохромной анемии и трофических нарушений в тканях. Латентный железодефицит, в свою очередь, характеризуется истощением запасов железа в организме, лабораторными признаками которого являются снижение концентрации сывороточного ферритина (СФ) при сохраненном уровне гемоглобина [6].

Начиная с 2020 г., в соответствии с рекомендациями ВОЗ [7], СФ рассматривается как более чувствительный лабораторный показатель обеспеченности организма железом по сравнению с концентрацией гемоглобина. Это связано с тем, что клинические проявления дефицита железа, включая гипоксический и сидеропенический синдромы, могут выявляться как при ЖДА, так и при латентном железодефиците [5–7].

Поскольку железо необходимо для различных клеточных функций, включая ферментативные процессы, синтез ДНК, транспорт кислорода и выработку энергии в митохондриях, симптомы его дефицита могут значительно варьировать и включать одышку, утомляемость, сердцебиение, тахикардию и даже стенокардию, которые могут быть следствием снижения уровня кислорода в крови. Развивающаяся гипоксия в дальнейшем может приводить к компенсаторному снижению кишечного кровотока, что обусловливает нарушения моторики, мальабсорбцию, тошноту, потерю массы тела и боли в животе. Центральная гипоксия способна вызывать головные боли, головокружение, вялость, а также когнитивные нарушения, что в совокупности существенно снижает качество жизни [4–8].

Железодефицит традиционно находится в фокусе внимания акушеров-гинекологов, как правило, в связи с гинекологическими заболеваниями, сопровождающимися аномальными маточными кровотечениями, обусловленными пролиферативными, доброкачественными или злокачественными процессами в матке и яичниках [9]. В акушерстве дефицит железа относится к числу наиболее значимых факторов риска материнской смертности, а также высокой перинатальной заболеваемости и смертности [4, 5, 6, 10]. Вместе с тем в репродуктивной медицине его влияние на женскую фертильность по-прежнему остается недооцененным и лишь изредка рассматривается в качестве возможной причины субфертильности.

Более того, данные о влиянии латентного железодефицита и его коррекции на эффективность программ вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) ограничены, а результаты имеющихся исследований носят неоднозначный характер. С другой стороны, несмотря на совершенствование процедур ВРТ, проблема повторных неудач имплантации остается одной из актуальных в современной репродуктологии [2, 11]. Причины, по которым не наступает беременность при переносе в полость матки эуплоидных эмбрионов отличного и хорошего качества (оценка качества по критериям D. Gardner) [12], нередко остаются неуточненными. В последние годы внимание исследователей привлекает роль метаболических нарушений в формировании рецептивности эндометрия [12, 13]. Участие железа в тканевом дыхании, ангиогенезе и регуляции иммунного ответа определяет его фундаментальную роль в формировании условий, необходимых для успешной имплантации эмбриона. Для подтверждения клинической актуальности проблемы дефицита железа для российской популяции субфертильных женщин и обоснования необходимости...

Бондаренко К.Р., Ермолаева А.С.